Man, привет! Давай я отрофляю тебя своей историей, как я закладки бутирата брал! И это была не просто закладка, а кинотеатр дурдома, прости мой горячий французский, заправленной мазной, брат! Да ладно, хватит отсирать, погнали в бой!
Сидел я чилил один. Ангел хранитель за мной плакал: "Васян, братишка, пора замазаться! Хватит быть таким скуфом, а? Пора подкатить к опытному мазному, разбавить эту скучную жизнь. Давай бутират закладку купим, все дерзкие мазники уже обторканые!". Вот такой нуар сэнс. Никакой халявы, тока хороший косяк и голова на башне!
Я прислушался к его словам и решил пойти против течения. "Откуда мне знать, где купить закладку, брат? Я не блудный сын своей матери!", - подумал я. Но ангел хранитель, прошмыгнув как-то в темноте, достал мне контакт опытного мазного - парня, который всегда знал, где впарить белый порошок.
Скажу тебе, этот парень заткнул все мои недоверчивые глазки и опустил свою скинувшуюся бровь: "Дружище, я решу все твои проблемы. Я как крутой монтажник, соберу твою жизнь из последних треснувших пилок и дам тебе бутират за небольшую наживку. Вот это сделка, да?!". Ну, я не был готов стать его рабом, но сделка была сделана. Белый порошок и горячая спичка у меня в наличии.
Я почувствовал запах бутирата и понял, что это всего лишь начало. На следующий день я собрался поставить эту башню в семействе. Все должны были понюхать этот запах свободы, который я принес из подполья. Уже почти доверчивые глазки семейства глядели на меня, как на настоящего наркомана впервые попавшего в райский бар, где сладкая жизнь попроще планеты Полейд и твоя голова на башне!
Закладки были готовы, брат. Я подошел и начал раздавать барышням и ботанам, сестрам и братишкам. Все смотрели на меня и промурлыкали в один голос: "Васян, ты блять нахлобучил!". И я понял, что это была правда – я нахлобучил всех этим бутиратом!
Ты бы видел, как они вытанцевывали! Это было нечто! Мой дом превратился в ярмарку безумия, где все были обторканые. Туса с шипящими головами, у которых глаза сверкали как феерверки на Новый год. Все говорили на языке молодежного сленга: "Братишка, а ты кто по жизни?", "Погнали на башню, братик!", "Ты впариваешь бутират?", "Давай дуй в мафончик!".
Я смотрел на них, на эту пьяную ватрушку, и понял, что наша свобода – это всего лишь горящая спичка, готовая взорваться в секунду. Как-то запах бутирата проникал в каждую клеточку нашего семейства. Мы употребляли все чаще и чаще, словно наркоманы, которым хочется понюхать этот запретный аромат раздолья.
Но вся эта оргия закончилась смертью. Моя голова болела, как отечественный автобус после бурной ночи. Я почувствовал, что мой дом – это не туса, а камера жесткого заключения. Я был обусловлен наркотиками, как столица после войны. Вся тусовка развалилась, оставив нас в стенах безжалостного реального мира.
На следующий день я проснулся с больной головой и запиской от своего ангела хранителя. "Васян, брат, смотри на себя! Эта халява никуда не приведет. Не впаривай свою жизнь разбавленным счастьем, братишка. Иначе твоя голова забашнит окончательно".
И я понял, что у меня есть выбор. Я могу продолжать бегать за халявой, уткнувшись в грязь нашего безразличного общества. Или же я могу отрывать свою голову от бутылки и поднять руки к небу, искать истинное счастье между всей этой мазной рутиной. Со мной решать, стать тусовщиком или настоящим мужиком. Пишу тебе, братишка, чтоб ты не нахлобучился такой же херней, как и я. Бей в барабаны своей жизни, не позволяй тому жареному закладке захватить твою душу. Стань мазным по-другому, братишка.
